20 МАЯ 1961 ГОДА ЛЕВКО ЛУКЬЯНЕНКО БЫЛ ПРИГОВОРЕН К РАССТРЕЛУ ЗА ОРГАНИЗАЦИЮ УКРАЇНСЬКОЇ РОБІТНИЧО-СЕЛЯНСЬКОЇ СПІЛКИ

«КАК ОТСИДЕЛ ПЕРВЫЕ 15 ЛЕТ, ПРОСИЛА: ЖИВИ НОРМАЛЬНО. А ОН — ЗА СТАРОЕ»

ПЕРВАЯ ЖЕНА ЛЕВКА ЛУКЬЯНЕНКО НА ПОХОРОНЫ К НЕМУ НЕ ЕЗДИЛА
— Я его первая жена, — открывает двери квартиры №41 сухенькая старушка, 87-летняя Надежда ЛУКЬЯНЕНКО. После развода женщина оставила фамилию мужа, Левка Лукьяненко — диссидента, политика, Героя Украины. Возле ног Надежды Никоновны трется кот Мурчик. Он у нее девять лет. После развода с Левком Григорьевичем Надя замуж так и не вышла. Детей не было. — Давно его видела. В основном, по телевизору. В Чернигове был часто. Но ко мне никогда после не заходил. Не было необходимости.
Квартира двухкомнатная, на седьмом этаже кирпичной девятиэтажки по Рокоссовского, 41-б в Чернигове. Сюда Лукьяненко вернулся после первого ареста. Из этой же квартиры забрали во второй раз.
«Денег на кооператив жене врага народа не положено»
— Мы из одного села, Хриповки Городнянского района, — рассказывает Надежда Никоновна. — Поженились в 1954 году. Даже колец не было. Расписались в Хриповском сельсовете, да и все. Уже потом и себе, и ему по золотому кольцу купила. А когда Левка посадили, там колец нельзя было. Забрала. А потом племянник женился. Отдала ему. До сих пор они с женой эти кольца носят.
Сошлись мы, как это часто бывает, в клубе. Там танцы, кино, какие-то спектакли показывали. Я студенткой была. Училась в Киеве в сельскохозяйственной академии. Левко в 1953 году отслужил армию. И поступил в Московский университет. На каникулах поженились. Я на четвертом курсе. Он на первом. Так и жили — он в Москве, я в Киеве. На каникулы съезжались.
После окончания университета я поехала в Винницкую область работать. Он университет окончил в 1958 году. И приехал ко мне. Я инженер, он — юрист, с партбилетом. В райкоме партии был пропагандистом.
Потом его послали во Львовскую область. И я поехала за ним.
Люди у нас в квартире собирались. Сначала там. Потом здесь, в Чернигове.
Первый раз его осудили в 1961 году. Посадили на 15 лет. Я ждала. Ездила к нему и на Урал, и в Томскую область, и во Владимирскую тюрьму.
Родственники меня дурной считали. Что ждала все это время. А мне как-то неудобно было. Земляк все-таки. Как бросить? А его ничего не интересовало, кроме политики. Самостоятельная Украина чтобы была. Теперь живем в независимой стране. Только уже кто как живет.
— Как же вы оказались в Чернигове?
— Хотела вернуться на родину. Но в Городнянском районе места не нашлось. Устроилась в Чернигове. Работала инженером в проектном институте «Укргипроводхоз», напротив нынешнего бассейна.
Тогда как раз кооператив создавался. Нас трое в него вступило. Тем помощь на квартиру дали. И я заявление написала. А жене врага народа, сказали, не положено. Пришлось у родственников просить. Въехала сюда в 1974 году.
Способный, но ленивый
— А в 1975 Левко вернулся уже сюда, в Чернигов, — продолжает женщина. Проводит в комнату, где на стене висит их общий с Левком Григорьевичем старый портрет. На нем Надежда Никоновна еще пышная миловидная женщина, Левко Лукьяненко — без усов, с завидной шевелюрой. — Как отсидел первые 15 лет, просила: живи нормально. А он — за старое. Снова начал сколачивать группу. Большая была жизнь, и мук хватало.
— То есть вы его взглядов совершенно не разделяли?
— Мне просто хотелось спокойствия.
— А вы в собраниях участие не принимали?
— Ну как же? Если люди в доме сидят, выдумывают, пишут. Тому чай нагреть нужно, того покормить.
Левко все что-то писал. Его кроме писанины и книжек ничего не интересовало, — повторяет Надежда Никоновна. — Сколько я этих книжек уже в макулатуру сдала. В Макошинскую тюрьму возила, пусть там читают. И до сих пор вон все шкафы с книгами, — женщина кивает на старую мебель.
— Он же трижды был женат. Как же ничего не интересовало?
— Так мужик же хочет жинку. Куда без этого? Со второй прожил мало. Она, как бы это сказать, легкого поведения. А потом в него третья вцепилась. Я с ней один раз виделась. В Хотин ездила, письма отвозила.
— Где работал после освобождения?
— Найти место было нелегко. Поначалу хотел чистую работу. То в библиотеке, то еще где-то. Вроде берут. А потом приходили КГБисты (работники Комитета государственной безопасности СССР), и места почему-то не оказывалось. Когда сидел, на выселках был электриком. Эта профессия ему и пригодилась. В детскую областную больницу его замглавврача забрал. Знал, что такие люди, как Левко, будут работать на совесть.
— А по дому вам помогал?
— Способности были. Но ленивый — страх. У меня огород в Нахаловке (район в Чернигове неподалеку от «Нефтебазы»). Ни разу там и не был.
Не готовил. Да и в магазин никогда не сходит. Все отшучивался: «Если за бутылкой, могу. А хлеб-молоко покупать — это женская работа».
Если уж что-то очень нужно было по дому, делал. Я проект начертила. А Левко уже по нему шкафчики соорудил, — Надежда Никоновна проводит на кухню. — Вот они, до сих пор тут стоят. На лоджии полочки смастерил.
— Подарки остались от него?
— Какие подарки? Он в этом деле непрактичный был. У меня день рождения в апреле. Как раз время тюльпанов. Я прихожу с работы с огромной охапкой, что и в руки не помещались, цветов. А он меня с тремя тюльпанчиками встречает. Смеху было.
«КГБистов уже не боялась: посадили его, сажайте и меня»
— Второй раз, как и первый, его из квартиры забирали, — вспоминает Надежда Лукьяненко. — Пока два года тут жил, раз пять, наверное, обыски проводили. Он письма кругом писал. Их арестовывали, забирали.
Приходили с обысками КГБисты. Даже газовую плиту раскручивали. И сейчас она у меня не полностью скручена. А был случай: один залез под ванну. А у нас еще и ремонт не закончился. Там строительный мусор. Весь такой в костюмчике. В общем, вылез он оттуда перепачканный, как обезьяна.
И меня на допросы неоднократно вызывали. Я особо не церемонилась: «Работы много. Хотите, присылайте машину». «Черный ворон», «белый ворон» — мне все равно. Тогда автобус стоил пять копеек. Лишних денег не было. Я их уже не боялась: посадили его, сажайте и меня. Только не мучайте.
Забрали его в 1977. В 1988 году Горбачев (Михаил Горбачев — последний Генеральный секретарь центрального комитета коммунистической партии СССР, это как сейчас президент) амнистию дал. Отсидел 26 лет. В январе 1989 года Левко вернулся сюда. Но я к тому времени уже на развод подала. Сказала: «Хватит».
— Вы были с ним в горе. И совсем чуть-чуть не дотянули до того момента, когда Левка Лукьяненко признали, в Верховную Раду попал. Не жалеете?
— Мне его лавры не нужны. Я была рада, что отделалась от него. И наконец-то зажила спокойно. Вам не передать. Эти постоянные собрания. Непонятные люди: друзья, единомышленники.
— Как узнали о смерти бывшего мужа?
— В субботу по радио. Он только умер, уже через час передали. У меня радио не выключается. В каждой комнате приемник. Я как чувствовала, что до круглой даты не доживет.
— Что почувствовали в этот момент?
— Он мне уже никто. Все мы умрем, каждый по очереди. Кто знает, сколько мне осталось.
* * *
89-летнего Левка Лукьяненко похоронили во вторник, 10 июля 2018 года, на Байковом кладбище в Киеве. Он умер в субботу, седьмого июля, в больнице «Феофания», в реанимацию которой попал в тот же день с инсультом и воспалением легких.
Надежда Никоновна на похороны не ездила.
Марина ЗАБИЯН
Надежда и Левко Лукьяненки
Надежда Лукьяненко на кухне квартиры по Рокоссовского, где жил и Левко Лукьяненко